Задание 15 ЕГЭ по истории: страница 2

Из речи политического деятеля
«Мы те же на 27-м месяце войны, какими были на 10-м и какими были на первом. Мы по-прежнему стремимся к полной победе, по-прежнему готовы нести необходимые жертвы и по-прежнему хотим поддерживать национальное единение. Но я скажу открыто: есть разница в положении. Мы потеряли веру в то, что эта власть может нас привести к победе… С тех пор как выявилось в Четвёртой Государственной думе то большинство, которого ей раньше недоставало, большинство, готовое дать доверие кабинету, достойному этого доверия, с этих самых пор все почти члены кабинета, которые сколько-нибудь могли рассчитывать на доверие, все они один за другим систематически должны были покинуть кабинет. …Не обращаясь к уму и знаниям власти, мы обращались тогда к её патриотизму и к её добросовестности. Можем ли мы это сделать теперь?
…Когда вы целый год ждёте выступления Румынии, настаиваете на этом выступлении, а в решительную минуту у вас не оказывается ни войск, ни возможности быстро подвозить их по единственной узкоколейной дороге, и, таким образом, вы ещё раз упускаете благоприятный момент нанести решительный удар на Балканах, – как вы назовёте это: глупостью или изменой? Когда, вопреки нашим неоднократным настаиваниям, …намеренно тормозится дело, и попытка умного и честного министра решить, хотя бы в последнюю минуту, вопрос в благоприятном смысле кончается уходом этого министра и новой отсрочкой, а враг наш, наконец, пользуется нашим промедлением, – то это глупость или измена? …Выбирайте любое. Последствия те же.
…Когда с всё большей настойчивостью Дума напоминает, что надо организовать тыл для успешной борьбы, а власть продолжает твердить, что организовать – значит организовать революцию, и сознательно предпочитает хаос и дезорганизацию – что это: глупость или измена?»

Из исторического источника
«Царь Ахмат, услышав, что князь великий стоит у Оки на берегу со всеми силами, пошёл к Литовской земле, обходя реку Оку и ожидая на помощь себе короля или его силы, и опытные проводники вели его к реке Угре на броды. Князь же великий сына своего, и брата, и воевод послал на Угру со всеми силами, и, придя, они стали на Угре и заняли броды и перевозы. А сам князь великий поехал из Коломны на Москву к церквам Спаса и Пречистой Богородицы и к святым чудотворцам, прося помощи и защиты православному христианству, желая обсудить и обдумать это с отцом своим митрополитом Геронтием, и со своей матерью, великой княгиней Марфой, и своим дядей, Михаилом Андреевичем, и со своим духовным отцом, архиепископом ростовским Вассианом, и со своими боярами, ибо все они тогда пребывали в осаде в Москве. И молили его великим молением, чтобы он крепко стоял за православное христианство против врагов.
Князь великий послушался их мольбы: взяв благословение, пошёл на Угру и, придя, стал у Кременца с небольшим числом людей, а всех остальных людей отпустил на Угру. <….>
Царь же со всеми ордынцами пошёл по Литовской земле мимо Мценска, Любутска и Одоева и, придя, стал у Воротынска, ожидая, что король придёт к нему на помощь. Король же не пришёл к нему и сил своих не послал …воевал тогда Менгли-Гирей, царь перекопский, королевскую Подольскую землю, помогая великому князю. Ахмат же пришёл к Угре со всеми силами, желая перейти реку.
И пришли ордынцы, начали стрелять, а наши – в них; одни наступали на войска князя Андрея, другие – многие – на великого князя, а третьи внезапно нападали на воевод. Наши поразили многих стрелами и из пищалей, а их стрелы падали между нашими и никого не задевали. И отбили их от берега. И много дней наступали, сражаясь, и не одолели, ждали, пока станет река».

Из Хронографа
«В годы, когда поляки были в Москве, славили там имя Сигизмунда, короля польского, а над остальными городами и над всеми людьми ратными земли Русской взяли власть один из великих бояр московских – князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой – и воевода Прокопий Ляпунов, рязанец. И, подступив со многими людьми под Москву в том же году, марта в 27 день, отбили у поляков большой посад и каменный град Белый, именуемый Царёв град. А поляки удерживали Китай-город и Кремль.
Осаждали воины русские свой город и неустанно сражались с врагами, но не могли его взять… Да с ними, с князем Дмитрием Тимофеевичем Трубецким и Прокопием Ляпуновым, был атаман казацких полков, московский служивый ротмистр пан Иван Заруцкий. И был он не трус и сердцем лют, но душой коварен, ибо, позавидовав славе Прокопия, составил против него заговор… И хотя многие, бывшие тогда в рядах воинства, опечалились из-за смерти Прокопия, но не смогли помочь ему сохранить жизнь.
Выдвинулся из народа муж от рода неименитого, но разумом мудрого, его же прозывали именем Кузьма Минин, а занимался прежде торговлей скотом… в Нижнем Новгороде. Видя тогда, сколько притеснений терпят все, и опечалился очень, и душой поболел… Собрал у народа множество серебра и заплатил необходимое жалованье людям ратным.
И собрал полки многие и военачальника, искусного в битвах, князя Дмитрия Михайловича Пожарского уговорил стать над всеми. И так со многими воинами подступили к стенам Москвы …с изготовленным на битву оружием, и взяли воины русские Москву октября в 24 день. Потом и крепкую Кремлёвскую крепость захватили, и многих польских и литовских людей побили…»

Из стенограммы первого заседания конференции глав правительств СССР, США и Великобритании.
«Рузвельт. …Я хочу заверить… собравшихся за этим столом членов настоящей конференции… в том, что мы все собрались здесь с одной целью, с целью выиграть войну как можно скорее. …Я думаю…, что три нации, объединившиеся в процессе нынешней войны, укрепят связи между собой и создадут предпосылки для тесного сотрудничества будущих поколений.
Черчилль. Это – величайшая концентрация мировых сил, которая когда-либо была в истории человечества…
Сталин. …Я надеюсь, что мы примем все меры к тому, чтобы… использовать ту силу и власть, которые нам вручили наши народы…
Рузвельт. …Переходя к более важному и более интересующему Советский Союз вопросу – операции через Канал <Ла-Манш>, я хочу сказать, что мы составляли наши планы в течение последних полутора лет, но из-за недостатка тоннажа мы не смогли определить срока этой операции… Если мы будем проводить крупные десантные операции в Средиземном море, то экспедицию через Канал, возможно, придется отложить на 2 или 3 месяца. Поэтому мы хотели бы получить совет от наших советских коллег в этом вопросе… Мы очень хотели бы помочь Советскому Союзу и оттянуть часть германских войск с советского фронта».

Из боярского приговора
«Лета <…> февраля в 1 день, по государеву, царёву и великого князя Дмитрия Ивановича всея Руси слову, бояре приговорили: которые бояре и дворяне и дети боярские, и владычних и монастырских вотчин бьют челом государю о суде и беглых крестьянах, бежавших до голодных годов за год, на посады и в государевы в дворцовые сёла и в чёрные волости, и за помещиков и за вотчинников, во крестьяне и в холопи, и тех приговорили, сыскивая, отдавать старым помещикам. А которые крестьяне бежали в голодные годы с добром, а прожить было им можно, а пришли за иных помещиков или за вотчинников жить во крестьяне и в холопи, и тех, сыскивая, отдавать старым помещикам и вотчинникам.
А которые бегали с добром в дальние места из-за Московских городов на Украины, а с Украины в Московские городы или из города в город, вёрст за двести и за триста и больше, а пошли от старых своих помещиков с добром и, растеряв добро, пришли к иным помещикам в бедности, и про то сыскать около тех поместий, откуда тот крестьянин пошёл: если окольные люди скажут, что он был небеден и сбежал от своего помещика или от вотчинника с добром, а прокормиться было ему можно, а ныне за кем во крестьянах или у кого служит по кабале, и того по сыску отдать старому помещику или вотчиннику, из-за кого он сбежал, каков есть; а про которого крестьянина скажут, что он в те голодные лета от помещика или от вотчинника сбрёл от бедности, что было ему прокормиться не мочно, и тому крестьянину жить за тем, кто его голодные лета прокормил, а истцу отказать: не умел он крестьянина своего кормить в те голодные лета, а ныне не пытай...
А на беглых крестьян, по старому приговору, дале пяти лет суда не давать».

Из записок иностранного путешественника
«Его [Димитрия] обвиняли в том, что он не был прирождённым государем и сыном блаженной памяти царя <…>, а был чародей и вор, действовавший по наущению дьявола, звали его Григорием Отрепьевым, и он был родом из Галича, и отец и мать его, бедные люди, были ещё живы, и их отыскали, и они сами признались, что то был их сын, и сказали, что когда он овладел землёю [Московией], то послал в Галич и повелел схватить всех своих родственников и заточить в темницу и крепко стеречь, чтобы ничто не открылось, и было их добрых шестьдесят душ. Также сказали они, что, утвердившись на престоле, он [Димитрий] подкупил одного плута, чтобы он выдавал себя за Григория Отрепьева и, прикинувшись юродивым, ходил в монашеском клобуке; и по убиении Димитрия этот монах повинился в том, что был им к тому подкуплен, и он был в одном из московских монастырей и поведал обо всех обстоятельствах… как он бежал с некоторыми бумагами и списками в Польшу, выдавая себя за Димитрия.
Теперь некоторые говорят, что то был сам дьявол; но другие уверяют, что он поляк и послан в Московию происками иезуитов, и [он] научился языку и шатался повсюду, как бродяга и нищий, разведав обо всех делах [Московской] земли и также ознакомившись с её историей и происшедшими там событиями и со всеми [этими] сведениями воротился в Польшу. Впоследствии иезуиты вместе со своими приспешниками и с самим папой совещались о том, как им вступить в игру, как о том рассказано, что весьма возможно и многие считают достоверным.
…Показывали народу письма от папы, полученные во время его [Димитрия] царствования с напоминанием, что наступает время преобразования страны… и ему надлежит приступить к очищению церкви от всех греческих алтарей и икон и освятить римско-католическими иконами с помощью людей, присланных для того [папою], и многие другие подобные бредни.
…Предъявили договор, который он [Димитрий] заключил в Польше с воеводою Сандомирским, [обещав] ему отдать княжество Псковское с уездом, а также и Новгород, а сыну его, брату царицы, – всю землю Сибирь, а также Самоедскую и соседние земли».

Из записок иностранца, современника событий
«Крымский царь Девлет-Гирей приказал запалить слободы и подгородные монастыри, отсюда огонь перекинулся на весь город Москву и Кремль. Прекратился звон колоколов. Все колокола расплавились и стекли в землю. Никто не мог спастись от этого пожара. После пожара ничего не осталось в городе.
Так осуществились пожелания земских и угроза великого князя. Земские желали, чтобы этот двор сгорел, а великий князь грозился земским, что он устроит им такой пожар, что они не сумеют его потушить. Великий князь рассчитывал, что и дальше он будет играть с земскими так же, как начал. Он хотел искоренить неправду правителей и приказных страны, а у тех, кто не служил его предкам верой и правдой, не должно было оставаться в стране ни роду, ни племени. Он хотел устроить так, чтобы новые правители, которых он посадит, судили бы по судебникам без подарков, дач и приносов. Земские господа вздумали этому противиться и препятствовать и желали, чтобы двор сгорел, чтобы опричнине пришёл конец, а великий князь управлял бы по их воле и пожеланиям. Тогда всемогущий Бог послал эту кару, которая приключилась через посредство крымского царя Девлет-Гирея.
С этим пришёл опричнине конец, и никто не смел поминать опричнину под следующей угрозой: виновного обнажали по пояс и били кнутом на торгу. Опричники должны были возвратить земским их вотчины. И все земские, кто только оставался ещё в живых, получили обратно свои вотчины.
Хотя всемогущий Бог и наказал Русскую землю так тяжко и жестоко, что никто и описать не сумеет, всё же нынешний великий князь достиг того, что по всей Русской земле, по всей его державе – одна вера, один вес, одна мера! Только он один и правит! Всё, что ни прикажет он, всё исполнится и всё, что запретит, действительно остаётся под запретом. Никто ему не перечит: ни духовные, ни миряне».

Из воспоминаний современницы
«По прошествии трёх недель по кончине Государыни я пошла к телу для панихиды. Идучи чрез переднюю, нашла тут князя Михаила Ивановича Дашкова, плачущего и вне себя от радости, и, прибежав ко мне, говорил: "Государь достоин, дабы ему воздвигнуть статую золотую; он всему дворянству дал вольность" и с тем едет в Сенат, чтоб там объявить. Я ему сказала: "Разве вы были крепостные и вас продавали доныне?" В чём же эта вольность? И вышло, что в том, чтоб служить и не служить по воле всякого. Сие и прежде было, ибо шли в отставку, но осталось исстари, что дворянство, с вотчин и поместья… кроме одряхлелых и малолетних, в службе Империи записаны были; вместо людей дворянских Пётр I начал рекрут собирать, а дворянство осталось в службе. Отчего вздумали, что в неволе. Воронцов и генерал-прокурор думали великое дело делать, доложа Государю, дабы дать волю дворянству, а в самом деле выпросили не что иное, кроме того, чтоб всяк был волен служить и не служить. Пришед с панихиды к себе, я увидела, [что] у заднего крыльца стоит карета парадная с короною, и Император в ней поехал в Сенат. Но сей кортеж в народе произвёл негодование, говорили: как ему ехать под короною? он не коронован и не помазан. Рановременно вздумал употребить корону. У всех дворян велика была радость о данном дозволении служить или не служить, и на тот час совершенно позабыли, что предки их службою приобрели почести и имение, которым пользуются…
В 25-й день января… повезли тело Государыни, во гробе лежащей, со всевозможным великолепием и подобающими почестями изо дворца чрез реку в Петропавловский собор в крепость… Император в сей день был чрезмерно весел и посреди церемонии сей траурной сделал себе забаву: нарочно отстанет от везущего тела одра, пустив оного вперёд сажен тридцать, потом изо всей силы добежит… О непристойном поведении сём произошли многие разговоры не в пользу особе Императора, и толки пошли о безрассудных его во многих случаях поступках».

Из письма государственного деятеля начала XX в.
«Милая мама, сколько я перемучился до этого, ты себе представить не можешь! … Представлялось избрать один из двух путей: назначить энергичного человека и всеми силами постараться раздавить крамолу, затем была бы передышка, и снова пришлось бы через несколько месяцев действовать силой; но это бы стоило потоков крови и в конце концов привело бы к теперешнему положению, т. е. авторитет власти был бы показан, но результат оставался бы тот же самый и реформы вперед не могли осуществляться бы. Другой путь – предоставление гражданских прав населению – свободы слова, печати, собраний и союзов и неприкосновенности личности; кроме того, обязательство проводить всякий законопроект через Государственную думу – это в сущности и есть конституция… Немного нас было, которые боролись против нее. Но поддержки в этой борьбе ниоткуда не пришло, всякий день от нас отворачивалось все большее количество людей, и в конце концов случилось неизбежное. Тем не менее по совести я предпочитаю давать все сразу, нежели быть вынужденным в ближайшем будущем уступать по мелочам и все-таки прийти к тому же».

Из Постановления Президиума ЦК КПСС
«Вопросы, возникшие в Президиуме ЦК, и о мерах по восстановлению ленинских принципов коллективного руководства в деятельности ЦК КПСС…
Признать, что в результате ошибок и неправильных действий тов. Хрущёва нарушаются ленинские принципы коллективного руководства, в Президиуме ЦК за последнее время создалась совершенно ненормальная обстановка, затрудняющая выполнение членами Президиума ЦК ответственных обязанностей по руководству партией и страной.
Тов. Хрущёв, занимая посты Первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР и сосредоточив в своих руках большую власть, в ряде случаев стал выходить из-под контроля ЦК КПСС, перестал считаться с мнением членов Президиума ЦК и членов ЦК КПСС, решая важнейшие вопросы без должного коллективного обсуждения.
Проявляя нетерпимость и грубость к товарищам по Президиуму и ЦК, пренебрежительно относясь к их мнению, тов. Хрущёв допустил ряд крупных ошибок в практическом осуществлении линии, намеченной решениями XX, XXI и XXII съездов КПСС.
Президиум ЦК КПСС считает, что при сложившихся отрицательных личных качествах как работника, преклонном возрасте и ухудшении здоровья тов. Хрущёв не способен исправить допущенные им ошибки и партийные методы в работе. Учитывая также поданное тов. Хрущёвым заявление, Президиум ЦК КПСС постановляет:
1) Удовлетворить просьбу тов. Хрущёва об освобождении его от обязанностей Первого секретаря, члена Президиума ЦК и Председателя Совета Министров СССР в связи с преклонным возрастом и ухудшением состояния здоровья.
2) Признать нецелесообразным в дальнейшем объединять в одном лице обязанности Первого секретаря ЦК и Председателя Совета Министров СССР. <…>
Поручить открытие Пленума тов. Брежневу Л.И. Поручить выступить с сообщением от имени Президиума ЦК и Секретариата ЦК тов. Суслову М.А.»

Из летописи
«Пришла весть к великому князю, что царь Ахмат идёт в полном сборе, со своей ордой и царевичами, с уланами и князьями, да ещё в соглашении с королём Казимиром… Князь великий пошёл на Коломну и стал у Коломны, а сына своего князя Ивана поставил у Серпухова, а князя Андрея Васильевича Меньшого – в Тарусе, а прочих князей и воевод – в иных местах, а других – по берегу…
И пришли [ордынцы], начали стрелять, а наши – в них, одни наступали на войска князя Андрея, другие многие – на великого князя, а третьи внезапно нападали на воевод. <…> И много дней наступали, сражаясь, и не одолели, ждали, пока станет река…
Когда же река стала, тогда князь великий повелел своему сыну, и брату своему князю Андрею, и всем воеводам со всеми силами перейти к себе в Кременец, боясь наступления [ордынцев], чтобы, соединившись, вступить в битву с противником. В городе же Москве в это время все пребывали в страхе, помнили о неизбежной участи всех людей и ни от кого не ожидали помощи, только непрестанно молились со слезами…
Тогда-то и свершилось чудо… когда наши отступали от берега, ордынцы, думая, что русские уступают им берег, чтобы с ними сражаться, одержимые страхом, побежали. А наши, думая, что [ордынцы] перешли реку и следуют за ними, пришли в Кременец. Князь же великий с сыном своим и братией и со всеми воеводами отошёл к Боровску, говоря, что "на этих полях будем с ними сражаться", а на самом деле слушая злых людей – сребролюбцев богатых и брюхатых, предателей… которые говорят: "Беги, не можешь с ними стать на бой". <…> Вот тут-то и случилось чудо: …одни от других бежали, и никто никого не преследовал…»

Из сочинения историка XVIII в.
«Приехали послы к Смоленску и приняты [были] от короля с подобающею честью. После чего король утверждённые с Жолкевским договоры в публичной аудиенции обещал исполнить, а о пункте переменения веры велел им с министрами советовать. Но вскоре потом стал говорить, чтоб прежде утверждения оных Смоленск отдали. А поскольку как послы, так и воевода смоленский Михаил Борисович Шеин того учинить не хотели, король, зло осердясь, велел подкопы, под стены сделанные, зажечь и послал на приступ. Однако ж тем более своих людей погубил, нежели городу вреда сделал… После сего великого урона многие польские начальники советовали королю, чтоб он, оставив Смоленск, пошёл в Москву без продолжения, и, оный главный всего государства город в свою власть взяв, такие законы русским предпишет, каковые он сам за благо рассудит, и затем королевича, короновав, с достойными к правлению помощниками оставит и тем всё государство во власти его утвердит. Сие мнение хотя королю по всем обстоятельствам явилось за наилучшее, однако ж почитал за великую непристойность, так долго стоя и не взяв города, отступить и неприятельский город назади оставить, и писал к Жолкевскому и Салтыкову, чтоб, взяв Шуйских и инсигнии забрав, Жолкевскому привести к себе. <…> Потом принудили [Василия Шуйского] послать письмо к Шеину, чтоб город отдал, и, приведши его самого пред врата градские, звали Шеина, чтоб он сам с ним говорил. Шеин же, видя царя Василия, сильно плакав, сказал: "Я царю Василию Иоанновичу крест целовал и был ему всегда верен и послушен, пока он был царём. А ныне сего вижу не царём, но чернецом и невольником в руках неприятельских и слушать его не должен. И когда всем государством государя выберут, тогда оного как моего государя во всём слушать и повеление его исполнять готов". Король же, видя, что оные Шуйские ему ничего в его намерении учинить не могут, послал их в Польшу и велел содержать под крепким караулом. С русскими же послами продолжая договариваться, которые принятия королевичу русской веры и супружества с русскою никак уступить не хотели, согласились, что сии пункты на собирающемся тогда сейме решить».

Из воспоминаний датского посланника
«Лишь только я с подобающим почтением представился царю, он спросил меня, однако, через посредство толмача о здоровье моего всемилостивейшего короля; я отвечал ему надлежащим выражением благодарности. Далее он осведомился, не служил ли я во флоте, на что я ответил утвердительно. Вслед за этим он сел за стол, пригласил меня сесть возле себя и тотчас же начал разговаривать со мною без толмача, так как сам говорил по-голландски настолько отчётливо, что я без труда мог его понимать; со своей стороны и он понимал, что я ему отвечаю. Царь немедля вступил со мной в такой дружеский разговор, что, казалось, он был моим ровнею и знал меня много лет…
Царь очень высок ростом, носит собственные короткие коричневые вьющиеся волосы и довольно большие усы, прост в одеянии и наружных приёмах, но весьма проницателен и умён. За обедом у обер-коменданта царь имел при себе меч, снятый в Полтавской битве с генерал-фельдмаршала Рейншильда…
После полудня я отправился на Адмиралтейскую верфь, чтобы присутствовать при поднятии штевней на 50-пушечном корабле… Царь как главный корабельный мастер (должность, за которую он получал жалование) распоряжался всем, участвовал вместе с другими в работах и, где нужно было, рубил топором, коим владел искуснее, нежели все прочие присутствовавшие там плотники. …Достойно замечания, что, сделав все нужные распоряжения для поднятия форштевня, царь снял перед стоявшим тут генерал-адмиралом шапку, спросил его, начинать ли, и только по получении утвердительного ответа снова надел её, а затем принялся за свою работу. Такое почтение и послушание царь выказывает не только адмиралу, но и всем старшим по службе лицам, ибо сам он покамест лишь шаутбенахт. Пожалуй, это может показаться смешным, но, по моему мнению, в основании такого образа действий лежит здравое начало: царь собственным примером хочет показать прочим русским, как в служебных делах они должны быть почтительны и послушливы в отношении своего начальника».

Из выступления политического деятеля
«Сегодня я хотел обратиться к вам по жизненно важному для всей страны вопросу. Это – предстоящий референдум о будущем нашего Союза. Он проводится в соответствии с решением [высшего органа государственной власти СССР]. …17 марта советские люди должны дать ответ на один вопрос. Вот как он поставлен Верховным Советом: "Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновлённой федерации равных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?" Ответ должен быть однозначным: да или нет. Каждый из нас в отдельности и все мы вместе должны сделать выбор…
Хотя дискуссии по этому вопросу продолжаются, уже сейчас со всей определённостью можно сказать: советские люди за сохранение Союза как общего достояния всех наших народов, их надёжной опоры.
Столь же решительно они выступают за его обновление, с тем чтобы все живущие в нём народы могли свободно развиваться, чувствовали себя хозяевами собственной судьбы.
Общее представление о том, каким должно быть обновлённое союзное государство, даёт проект нового Союзного договора. Он опубликован в печати. Что главное в концепции обновления Союза? Это прежде всего суверенитет республик – субъектов федерации, обеспечивающий право каждого народа на самоопределение и самоуправление. Это совместное участие республик в реализации союзных полномочий, то есть всего того, что они поручают центральным органам власти и управления. Суверенным республикам нужна жизнеспособная федерация, которая действительно могла бы отстаивать общие интересы…
По своему политическому весу и кредиту доверия Советский Союз выступает сегодня на международной арене как мощное государство, которое не без оснований называют супердержавой. Его политика оказывает влияние на все процессы, происходящие в мире. Огромные усилия понадобились, чтобы приобрести такое влияние. А растранжирить его, пустить по ветру можно очень быстро. Добавлю: за исключением отъявленных реакционеров и милитаристов, никто в мире не хочет ослабления роли Советского Союза в международных делах.
Вот на всех этих доводах, дорогие товарищи, и основано моё твёрдое убеждение в необходимости сохранения Союза и его глубокого обновления».

Из манифеста российского императора
«В Бозе почивший Родитель Наш, прияв от Бога Самодержавную власть на благо вверенного Ему народа, пребыл верен до смерти принятому Им обету и кровию запечатлел великое Своё служение. Не столько строгими велениями власти, сколько благостью её и кротостью совершил Он величайшее дело Своего Царствования – освобождение крепостных крестьян, успев привлечь к содействию в том и дворян-владельцев, всегда послушных гласу добра и чести, утвердил в Царстве Суд и подданных Своих, коих всех без различия сделал навсегда свободными, призвал к распоряжению делами местного управления и общественного хозяйства. Да будет память Его благословенна вовеки!
Низкое и злодейское убийство Русского Государя, посреди верного народа, готового положить за Него жизнь свою, недостойными извергами из народа есть дело страшное, позорное, неслыханное в России и омрачило всю землю нашу скорбию и ужасом.
Но посреди великой Нашей скорби Глас Божий повелевает Нам стать бодро на дело Правления в уповании на Божественный Промысел, с верою в силу и истину Самодержавной Власти, которую Мы призваны утверждать и охранять для блага народного от всяких на неё поползновений.
Да ободрятся же поражённые смущением и ужасом сердца верных Наших подданных, всех любящих Отечество и преданных из рода в род Наследственной Царской Власти. Под сению Её и в неразрывном с Нею союзе земля наша переживала не раз великие смуты и приходила в силу и в славу посреди тяжких испытаний и бедствий, с верою в Бога, устрояющего судьбы её.
Посвящая Себя великому Нашему служению, Мы призываем всех верных подданных Наших служить Нам и Государству верой и правдой к искоренению гнусной крамолы, позорящей землю Русскую, – к утверждению веры и нравственности, – к доброму воспитанию детей, – к истреблению неправды и хищения, – к водворению порядка и правды в действии учреждений, дарованных России Благодетелем её, Возлюбленным Нашим Родителем».

Из Жития святого <…>
«Божиим попущением за грехи наши ордынский князь <…> собрал силу великую, всю орду… и идёт на Русскую землю; и были все люди страхом великим охвачены. Князь же великий, скипетр Русской земли державший, …пришёл к святому Сергию, потому что великую веру имел в старца, и спросил его, прикажет ли святой ему против ордынцев выступить: ведь он знал, что Сергий – муж добродетельный и даром пророческим обладает. Святой же, когда услышал об этом от великого князя, благословил его, молитвой вооружил и сказал: "Следует тебе, господин, заботиться о порученном тебе Богом славном христианском стаде. Иди против [врагов], и, если Бог поможет тебе, ты победишь и невредимым в своё отечество вернёшься".
Собрав всех воинов своих, выступил он против [ордынцев]; увидев же войско ордынское весьма многочисленное, они остановились в сомнении, страхом многие из них охвачены были, размышляя, что же делать. И вот внезапно в это время появился гонец с посланием от святого, гласящим: "Без всякого сомнения, господин, смело вступай в бой со свирепостью их, нисколько не устрашаясь, – обязательно поможет тебе Бог". Тогда князь великий <…> и всё войско его, от этого послания великой решимости исполнившись, пошли против ордынцев… Так началось сражение, и многие пали, но помог Бог великому победоносному князю, и побеждены были ордынцы, и полному разгрому подверглись, ведь видели окаянные против себя посланный Богом гнев и Божье негодование, и все обратились в бегство. Великий князь <…>, славную победу одержав, пришёл к Сергию, благодарность принеся за добрый совет. Бога славил и вклад большой в монастырь дал».

Из воспоминаний современника (XIX в.):
«Гаврила Григорьевич Волков был известным торговцем антикварными и художественными предметами в двадцатых и тридцатых годах, пользовался репутацией знатока и успел уже составить себе хорошее состояние. Присватался он к Екатерине Лукьяновне Бажановой, купеческой дочери. Родители ее не прочь были дать согласие на брак, если б препятствием не служило то обстоятельство, что Волков был крепостным богатого помещика Голохвастова. Превращать свою дочь из свободной в крепостную <родители> решительно отказались. Тогда Волков стал хлопотать о том, чтоб откупиться самому. Это оказалось невозможным: Голохвастов, отличавшийся большой гордостью, отказал в просьбе, кичась тем, что его крепостной человек обладает большим состоянием… Это было в тоне больших бар. Рассказывали, что такой же политики держались и Шереметевы. У них крепостные <владельцы мануфактур> достигали миллионных состояний и тем не менее, несмотря ни на какие предложения, не отпускались на волю. Шереметев говорил:
– Пусть платят… оброки… Я горжусь тем, что у меня крепостные – миллионеры.
В своем горе Волков обратился за советом к князю Николаю Борисовичу Юсупову… Князь обещал ему помочь. Случилось, что Юсупов и Голохвастов встретились в Английском клубе за карточным столом. Голохвастов был страстный игрок, и в этот вечер ему страшно не везло. Проигравши все наличные деньги, он предложил играть на честное слово.
– Еще успеешь! – ответил Юсупов.– Теперь я ставлю на ставку столько-то, а ты поставь Гаврилу Волкова. Условие такое: коли проиграешь, давай Волкову вольную.
Голохвастов согласился и – снова проиграл. Вот каким путем Гаврила Григорьевич Волков получил наконец давно желанную свободу».

Из сочинения историка В.О. Ключевского.
«С [этого времени] становятся заметны признаки запустения Киевской Руси. Речная полоса по среднему Днепру с притоками, издавна так хорошо заселенная, с этого времени пустеет, население ее исчезает куда-то. …В числе семи запустелых городов Черниговской земли мы встречаем один из самых старинных и богатых городов Поднепровья – Любеч. Одновременно с признаками отлива населения из Киевской Руси замечаем и следы упадка ее экономического благосостояния: Русь, пустея, вместе с тем и беднела. …Отлив населения из Поднепровья шел в двух направлениях, двумя противоположными струями. Одна струя направлялась на запад, на Западный Буг, в область верхнего Днестра и верхней Вислы, в глубь Галиции и Польши. Так южнорусское население из Поднепровья возвращалось на давно забытые места, покинутые его предками. …Другая струя колонизации из Приднепровья направляется в противоположный угол Русской земли, на северо-восток, за реку Угру, в междуречье Оки и Верхней Волги. …Она – источник всех основных явлений, обнаружившихся в жизни верхневолжской Руси …; из последствий этой колонизации сложился весь политический и общественный быт этой Руси».

Прочтите отрывок из воспоминаний политического деятеля.
«Второй Съезд народных депутатов СССР по накалу страстей, митинговой активности депутатов мало чем отличался от первого, но всё же накопленный опыт, подготовительная работа позволили придать ему бóльшую организованность и деловитость…
За две недели Съезд заслушал и обсудил доклад Рыжкова о мерах по оздоровлению экономики, этапах экономической реформы и принципиальных подходах к разработке тринадцатого пятилетнего плана, принял Закон об изменениях и дополнениях Конституции по вопросам избирательной системы в связи с предстоящими выборами народных депутатов в республиках и на местах…
…К тому моменту активная позиция в реформировании и оздоровлении экономики была в значительной степени утрачена: не выработанная центром стратегия задавала тон, а, наоборот, планы и действия центра приноравливались к спонтанным экономическим процессам и популистским требованиям. Программа экономических реформ 1987 года фактически оказалась похороненной, о ней вспоминали всё реже. Главное же, был выпущен из рук контроль за наличной денежной массой, за денежными доходами населения, дан сильнейший толчок раскручиванию инфляционной спирали, остановить который дальше оказалось всё труднее.
Доклад Правительства подвергся на Съезде ожесточённой критике, и не только со стороны оппозиционно настроенных депутатов. [Руководитель страны], естественно, защищал его. Началась очень трудная для Правительства полоса. В печати, на съездах и сессиях Верховного Совета постоянно маячил вопрос об отставке Правительства… Но главное, конечно, накатывающиеся волны забастовочного движения, вызываемые прежде всего дезорганизацией рынка, товарного и денежного обращения, острой нехваткой самого необходимого для людей…
Работа Съезда была омрачена кончиной [выдающегося исторического деятеля]. 15 декабря не стало этого выдающегося, неповторимого человека. Огромная потеря не только для науки, но и для человеческой цивилизации в целом, для демократического процесса в стране. Об этом я говорю с полной ответственностью и откровенностью, несмотря на то, а может быть, именно поэтому, что академик стоял в оппозиции к тогдашнему партийно-государственному руководству, оказывал лишь, как он сам говорил, условную поддержку [руководителю страны], не спуская ему ни одного с его точки зрения ошибочного или опрометчивого шага».

Из обращения руководителя СССР
«Сегодня я хотел обратиться к вам по жизненно важному для всей страны вопросу. Это – предстоящий референдум о будущем нашего Союза. 17 марта советские люди должны дать ответ на один вопрос. Вот как он поставлен Верховным Советом: "Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновлённой федерации равных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?" Ответить надо однозначно: да или нет.
…Общее представление о том, каким должно быть обновлённое союзное государство, даёт проект нового Союзного договора. Он опубликован в печати. Что главное в концепции обновления Союза? Это прежде всего суверенитет республик – субъектов федерации, обеспечивающий право каждого народа на самоопределение и самоуправление. Это совместное участие республик в реализации союзных полномочий, то есть всего того, что они поручают центральным органам власти и управления. Суверенным республикам нужна жизнеспособная федерация, которая действительно могла бы отстаивать общие интересы…
…Сейчас наглядно можно судить, как зависят друг от друга в экономическом отношении все республики и регионы страны. Такая зависимость – результат формировавшихся десятилетиями, а может быть, и столетиями разделения и кооперации труда.
Советский Союз обладает огромным научным и культурным потенциалом. Это духовное богатство тоже результат совместного творчества. И понятно, чего лишатся, как проиграют те, кто решит отсечь себя от этого мощного культурного массива.
К преимуществу большого союзного государства относится возможность обеспечить полную и надёжную безопасность страны. По своему политическому весу и кредиту доверия Советский Союз выступает сегодня на международной арене как мощное государство, которое не без оснований называют супердержавой. Его политика оказывает влияние на все процессы, происходящие в мире. Огромные усилия понадобились, чтобы приобрести такое влияние. А растранжирить его, пустить по ветру можно очень быстро. Добавлю: за исключением отъявленных реакционеров и милитаристов, никто в мире не хочет ослабления роли Советского Союза в международных делах».