Задание 24 ЕГЭ по русскому языку: страница 4
Номер 24 — «Анализ текста». Ниже 71 задание №24 ЕГЭ по русскому языку: введите ответ и нажмите «Проверить». Каждое задание открывается отдельной страницей.
Часть ответов не сверена с ключом ФИПИ. Нашли ошибку? Напишите нам.
-
(1)В июле мать Дмитриева Ксения Фёдоровна тяжело заболела, и её отвезли в Боткинскую, где она пролежала двенадцать дней с подозрением на самое худшее. (2)В сентябре сделали операцию, худшее подтвердилось, но Ксения Фёдоровна, считавшая, что у неё язвенная болезнь, почувствовала улучшение, стала вскоре ходить, и в октябре её отправили домой, пополневшую и твёрдо уверенную в том, что дело идёт на поправку. (3)Вот именно тогда, когда Ксения Фёдоровна вернулась из больницы, жена Дмитриева затеяла обмен: решила срочно съезжаться со свекровью, жившей одиноко в хорошей, двадцатиметровой комнате на Профсоюзной улице.
(4)Разговоры о том, чтобы соединиться с матерью, Дмитриев начинал
и сам, делал это не раз. (5)Но то было давно, во времена, когда отношения Лены с Ксенией Фёдоровной ещё не отчеканились в формы такой окостеневшей и прочной вражды, что произошло теперь, после четырнадцати лет супружеской жизни Дмитриева. (6)Всегда он наталкивался на твёрдое сопротивление Лены, и с годами идея стала являться всё реже.
(7)Почему две интеллигентные, всеми уважаемые женщины – Ксения Фёдоровна работала старшим библиографом одной крупной академической библиотеки, а Лена занималась переводами английских технических текстов и, как говорили, была отличной переводчицей, даже участвовала
в составлении какого-то специального учебника по переводу, – почему две хорошие женщины, горячо любившие Дмитриева, тоже хорошего человека,
и его дочь Наташку, упорно лелеяли в себе твердевшую с годами взаимную неприязнь?
(8)Мучился, изумлялся, ломал себе голову, но потом привык. (9)Привык оттого, что увидел, что то же – у всех, и все – привыкли.
(10)И успокоился на той истине, что нет в жизни ничего более мудрого
и ценного, чем покой, и его-то нужно беречь изо всех сил. (11)Поэтому, когда Лена вдруг заговорила об обмене с Маркушевичами, Дмитриев испугался. (12)Кто такие Маркушевичи? (13)Откуда она их взяла? (14)Двухкомнатная квартира на Малой Грузинской. (15)Он понял тайную
и простую мысль Лены, от этого понимания испуг проник в его сердце, и он побледнел, сник, не мог поднять глаз на Лену.
(16)Так как он молчал, Лена продолжала: материнская комната на Профсоюзной им понравится наверняка, она их устроит географически, потому что жена Маркушевича работает где-то возле Калужской Заставы,
а вот к их собственной комнате потребуется, наверно, доплата. (17)Иначе не заинтересуешь. (18)Можно, конечно, попробовать обменять их комнату на что-то более стоящее, будет тройной обмен, это не страшно. (19)Надо действовать энергично, каждый день что-то делать. (20)Лучше всего найти маклера. (21)У Люси есть знакомый маклер, старичок, очень милый. (22)Он, правда, никому не даёт своего адреса и телефона, а появляется сам как снег на голову, такой конспиратор, но у Люси он должен во что бы то ни стало появиться: она ему задолжала. (23)Это закон: никогда нельзя давать им деньги вперёд…
(24)Разговаривая с Дмитриевым, Лена стелила постель. (25)Дмитриев никак не мог посмотреть ей в глаза, теперь он хотел этого, но Лена стояла
к нему то боком, то спиной. (26)Когда она повернулась и он посмотрел ей прямо в глаза, близорукие, с расширенными от вечернего чтения зрачками, увидел – решимость. (27)Наверно, готовилась к разговору давно, может,
с первого дня, как узнала о болезни матери. (28)Тогда же её и осенило.
(29)И пока он, подавленный ужасом, носился по врачам, звонил в больницы, устраивал, терзался, – она обдумывала, соображала. (30)И вот нашла каких-то Маркушевичей. (31)Странно, он не испытывал сейчас ни гнева, ни боли. (32)Мелькнуло только – о беспощадности жизни. (33)Лена тут ни при чём, она была частью этой жизни, частью беспощадности. (34)Кроме того, можно ли сердиться на человека, лишённого, к примеру, музыкального слуха? (35)Лену всегда отличала некоторая душевная – нет, не глухота, чересчур сильно, – некоторая душевная неточность, и это свойство ещё обострялось, когда вступало в действие другое, сильнейшее, качество Лены – умение добиваться своего.
(По Ю.В. Трифонову*)
* Юрий Валентинович Трифонов (1925–1981) – советский писатель, мастер «городской» прозы.Какие из перечисленных утверждений являются ошибочными? Укажите номера ответов.
1) В предложениях 7–9 представлено рассуждение.
2) В предложении 15 содержится описание состояния человека.
3) Предложение 21 раскрывает, поясняет содержание предложения 20.
4) Предложение 27 противопоставлено по содержанию предложению 26.
5) В предложениях 31, 32 представлено повествование.Источник: ФИПИ, открытый банк, код D9B073.
-
(1)Есть в человеческом характере такая черта – с удовольствием вспоминать прошлые трудности, тобой преодолённые. (2)Это всегда приятно. (3)Пребывание в армии стало делом нашей чести, так же как для прежних молодых поколений участие в Гражданской войне, в строительстве Комсомольска и Магнитки, в покорении Арктики, а для нынешнего –
в освоении целины и земель Сибири, хотя мне кажется не совсем точным сравнение мирных строек с передним краем: это всё-таки слишком разные вещи.
(4)Верно говорят, что характер моего поколения был сформирован армией военной поры. (5)Мы находились в том возрасте, когда человек особенно пригоден для окончательного оформления, если он попадает
в надёжные и умелые руки. (6)Мы были подготовлены к этому ещё всем детством, всем воспитанием, всеми прекрасными традициями революции
и Гражданской войны, перешедшими к нам от старших.
(7)Мы пришли в армию – наши кости ещё не окрепли, не затвердели мускулы, мы ещё росли. (8)Когда после нас осматривали новые медицинские комиссии, или, как тогда говорили, «перекомиссии», оказалось, что многие из нас прибавили в росте по нескольку сантиметров. (9)А как выросли наши души и характеры!
(10)Армия многому научила нас. (11)Это были, в свою очередь, наши университеты. (12)Одних она приобщила к технике – к танку, пушке, самолёту; других научила владеть топором, пилой и лопатой. (13)А близость
к природе, к земле, на которой лежишь, по которой идёшь, которую копаешь! (14)Армия научила нас мужской дружбе – мы знали, пожалуй, только детскую. (15)Мы ушли юношами, а вернулись мужами. (16)Скольких обрели мы новых друзей и скольких из них потеряли, чтобы не забыть никогда!
(17)А разве можно забыть геройство гвардейских дивизий, железную дисциплину военных училищ или запасные полки, рвущиеся на фронт из каких-нибудь далёких тыловых лагерей. (18)Разве забудешь безмолвный Донбасс сорок третьего года, разбитые города Белоруссии и знаменитый Бобруйский котёл, где на много километров сплошным навалом, друг на друге – искорёженные немецкие танки, орудия, бронетранспортёры, машины. (19)Армейская жизнь была суровой, но сколько в ней было неожиданного тепла! (20)Я служил ещё по первому году, когда однажды к нашей землянке подошёл сержант из соседней роты и спросил: «Помкомвзвода дома?» (21)Этот вопрос потряс меня. (22)То есть как дома? (23)Дом далеко отсюда. (24)Разве здесь дом? (25)А спустя несколько месяцев я и сам говорил так.
(26)Столь же удивительным казался мне вопрос комбата к старшинам: «Покормили людей?» (27)Чего, мол, их кормить? (28)Сами поедят, только дай! (29)Или: «Первая рота покушала? (30)Вторая рота покушала?..»
(31)Это слово «покушала» (не «поела») казалось нарочитым, пока я не почувствовал, что оно имеет особый оттенок – не слащаво-городской,
а уважительно-деревенский: покушала. (32)Мы были очень, очень молоды. (33)Когда я смотрю на семнадцатилетних мальчиков, то думаю: «Неужели мы были такими? (34)Если на них нагрузить всё, что было на нас, да чтоб они прошли столько, сколько мы, пусть вполовину меньше, – они же не выдержат! (35)А может быть, это только кажется?..»
(36)По натуре своей мы действительно мирные люди. (37)Я никогда не встречал человека, который хотел бы сражений. (38)Но если враг нападёт на нас, мы будем воевать. (39)Это будет главным, и нам не придётся раздумывать...
(40)В жизни каждого юноши наступает момент, когда необходим качественный скачок. (41)Мы перешли в новое качество, надев красноармейские шинели. (42)Мне жаль тех людей моего поколения, кто не служил в армии рядовым. (43)Иногда, собравшись с друзьями, мы под настроение, к месту, начинаем рассказывать о своей службе, о военной поре; мы увлекаемся, перебиваем друг друга и самих себя, перескакиваем с одного на другое. (44)А те, кто не был там, тоже слушают с интересом. (45)И как это ни странно, менее других фигурируют здесь так называемые боевые эпизоды. (46)Нет, это истории скорее познавательного характера, забавные
и грустные, – о себе и встреченных тобой людях, истории, ограниченные рамками времени и обстановки. (47)И едва ли не главное в них – это множество ярких деталей, подробностей, которые, если не вспоминать их, постепенно выветриваются из нашей памяти, заменяясь другими.
(По К.Я. Ваншенкину*)
* Константин Яковлевич Ваншенкин (1925–2012) – советский
и российский писатель и поэт.Какие из перечисленных
утверждений являются верными? Укажите номера ответов.1) В предложениях 1–3 представлено повествование.
2) Предложение 8 противопоставлено по содержанию предложению
9.
3) В предложении 18 содержатся элементы описания.
4) В предложениях 36, 37 представлено рассуждение.
5) В предложении 43 содержится указание на следствие из того, о чём говорится в предложении 42.Источник: ФИПИ, открытый банк, код E0E82D.
-
(1)Вы не раз, вероятно, читали и слышали о массовом героизме в Красной Армии. (2)Это истина, это святые слова. (3)Но знайте: массового героизма не бывает, если нет вожака, если нет того, кто идёт первым. (4)Нелегко поднять людей в атаку, и никто не поднимется, если нет первого, если не встанет один, не пойдёт впереди, увлекая всех.
(5)Бурнашев поднялся, оторвав себя от земли, исполняя приказ – не только мой, но вместе с тем приказ Родины сыну, – Бурнашев прокричал во всё поле:
– За Родину! (6)Вперёд!
(7)И вдруг голос прервался; будто споткнувшись о натянутую под ногами проволоку, Бурнашев с разбегу, с размаху упал. (8)Показалось: он сейчас вскочит, побежит дальше, и все, вынося перед собой штыки, побегут на врага вместе с ними. (9)Но он лежал, раскинув руки, лежал, не поднимаясь. (10)Все смотрели на него, на распластанного в снегу лейтенанта, подкошенного с первых шагов, все чего-то ждали.
(11)Опять прошла напряжённая секунда. (12)Цепь не поднялась.
(13)Снова кто-то вскочил, и в пулемётной трескотне взмыли над полем те же слова, тот же призыв. (14)Голос был неестественно высокий, по узенькой малорослой фигуре все узнали красноармейца Букеева. (15)Однако и он, едва ринувшись вперёд, рухнул.
(16)У меня напружинилось тело, пальцы сгребли снег. (17)Опять истекла секунда. (18)Цепь не поднялась.
(19)Наши товарищи, сорок–пятьдесят красноармейцев, сумевшие выбрать момент для удара в спину врага, приближались к немцам с другой стороны, которые и там уже открыли пальбу, а мы лежали, по-прежнему пришитые к земле, лежали, обрекая на погибель горстку братьев-смельчаков.
(20)Каждый из нас, как и я, напружинился, каждый стремился рвануться, вскочить, и никто не вскакивал.
(21)Да что же это? (22)Неужели мы так и пролежим, так и окажемся трусами, предателями братьев? (23)Неужели не найдётся никого, кто в третий раз стремительно двинулся бы вперёд, увлекая роту?
(24)И я вдруг ощутил, что взгляды всех устремлены на меня, ощутил, что ко мне, к старшему командиру, к комбату, словно к центральной точке боя, притянуто обострённое внимание: все, чудилось, ждали, что скажет, как поступит комбат. (25)И, отчётливо сознавая, что совершаю безумие, я рванулся вперёд, чтобы подать заразительный пример.
(26)Но меня тотчас с силой схватил за плечи, вдавил в снег старший политрук Толстунов:
– Не дури, не смей, комбат!
(27)Его приятно-грубоватое лицо в один миг переменилось: лицевые мышцы напряглись, окаменели. (28)Он оттолкнулся, чтобы резким движением встать, но теперь я схватил его за руку.
(29)Командиру надобно знать, что в бою каждое его слово, движение, выражение лица улавливается всеми, действует на всех; надобно знать, что управление боем есть не только управление огнём или передвижениями солдат, но и управление психикой. (30)Конечно, не дело комбата водить роту врукопашную. (31)Я вспомнил всё, чему мы обучались, вспомнил завет Панфилова: «Нельзя воевать грудью пехоты... (32)Береги солдата. (33)Береги действием, огнём...»
(34)Я крикнул:
– Частый огонь по пулемётчикам! (35)Прижмите их к земле!
(36)Бойцы поняли. (37)Теперь наши пули засвистали над головами стреляющих немцев.
(38)Ага, немецкие пулемётчики исчезли, пропали за щитками. (39)Ага, кого-то мы там подстрелили. (40)Один пулемёт запнулся, перестало выскакивать длинное острое пламя. (41)Я ловил момент, чтобы скомандовать. (42)Но не успел.
(43)Над цепью разнёсся яростный крик Толстунова:
– За Родину! (44)Ура-а-а!
(45)Мы увидели: Толстунов поднялся вместе с пулемётом и побежал, уперев приклад в грудь, стреляя и крича на бегу. (46)Голос Толстунова пропал в рёве других голосов. (47)Бойцы вскакивали.
(48)С криком они рванулись на врага, они обгоняли Толстунова. (49)Выпустив патроны, Толстунов взялся за горячий ствол пулемёта и поднял над собой тяжёлый приклад, как дубину.
(50)Немцы не приняли нашего вызова на рукопашный бой, не приняли штыкового удара, их боевой порядок смешался, они бежали от нас. (51)Преследуя врага, мы – наша вторая рота и взвод бойцов, начавший нападением с тыла эту славную контратаку, – мы с разных сторон ворвались в село Новлянское.
(По А.А. Беку*)
* Александр Альфредович Бек − русский советский писатель.Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) Предложение 4 поясняет содержание предложения 3.
2) В предложениях 5 – 7 представлено описание.
3) Предложение 25 называет причину того, о чём говорится в предложении 24.
4) В предложениях 25 и 26 содержится повествование.
5) В предложениях 29 – 33 представлено рассуждение.Источник: ФИПИ, открытый банк, код E364B6.
-
(1)Счастливая, счастливая, невозвратимая пора детства! (2)Как не любить, не лелеять воспоминаний о ней? (3)Воспоминания эти освежают, возвышают мою душу и служат для меня источником лучших наслаждений…
(4)Набегавшись досыта, сидишь, бывало, за чайным столом, на своём высоком креслице. (5)Уже поздно, давно выпил свою вечернюю чашку молока с сахаром, сон смыкает глаза, но не трогаешься с места, сидишь и слушаешь. (6)Maman говорит с кем-нибудь, и звуки голоса её так сладки, так приветливы. (7)Одни звуки эти так много говорят моему сердцу!
(8)Отуманенными дремотой глазами я пристально смотрю на её лицо, и вдруг она сделалась вся маленькая, маленькая – лицо её не больше пуговки. (9)Но оно мне всё так же ясно видно: вижу, как она улыбнулась мне. (10)Мне нравится видеть её такой крошечной. (11)Я прищуриваю глаза ещё больше, и она делается ещё меньше. (12)Но я пошевелился – и очарование разрушилось. (13)Я суживаю глаза, поворачиваюсь, всячески стараюсь возобновить его, но напрасно. (14)Я встаю, с ногами забираюсь и уютно укладываюсь на кресло.
– (15)Ты опять заснёшь, Николенька, – говорит мне maman, – ты бы лучше шёл наверх.
– (16)Я не хочу спать, maman, – ответишь ей, и неясные, но сладкие грёзы наполняют воображение, здоровый детский сон смыкает веки, и через минуту забудешься и спишь до тех пор, пока не разбудят.
(17)Чувствуешь, бывало, впросонках, что чья-то нежная рука трогает тебя; по одному прикосновению узнаёшь её и ещё во сне невольно схватишь эту руку и крепко, крепко прижмёшь её к губам.
(18)Все уже разошлись; одна свеча горит в гостиной; maman сказала, что сама разбудит меня. (19)Это она присела на кресло, на котором я сплю, своей чудесной нежной ручкой провела по моим волосам, и над ухом моим звучит милый знакомый голос: «Вставай, моя душечка: пора идти спать».
(20)Ничьи равнодушные взоры не стесняют её: она не боится излить на меня всю свою нежность и любовь. (21)Я не шевелюсь, но ещё крепче целую её руку.
– (22)Вставай же, мой ангел.
(23)Она другой рукой берёт меня за шею, и пальчики её быстро шевелятся и щекочут меня. (24)В комнате тихо, полутемно; мамаша сидит подле самого меня; я слышу её голос. (25)Всё это заставляет меня вскочить, обвить руками её шею, прижать голову к её груди.
(26)Она ещё нежнее целует меня.
(27)После этого, как, бывало, придёшь наверх и начнёшь укладываться в своем ваточном халатце, какое чудесное чувство испытываешь, говоря: «Люблю папеньку и маменьку».
(28)Помню, завернёшься, бывало, в одеяльце; на душе легко, светло и отрадно; одни мечты гонят другие, но о чём они?
(29)Они неуловимы, но исполнены чистой любовью и надеждами на светлое счастие. (30)Вспомнишь любимую фарфоровую игрушку – зайчика или собачку – уткнёшь её в угол пуховой подушки и любуешься, как хорошо, тепло и уютно ей там лежать. (31)Ещё подумаешь о том, чтобы было счастие всем, чтобы все были довольны и чтобы завтра была хорошая погода для гулянья, повернёшься на другой бок, мысли и мечты перепутаются, и уснёшь тихо, спокойно.
(32)Вернутся ли когда-нибудь та свежесть, беззаботность, потребность любви и сила веры, которыми обладаешь в детстве? (33)Какое время может быть лучше того, когда две лучшие добродетели – невинная весёлость и беспредельная потребность любви – были единственными побуждениями в жизни?
(По Л.Н. Толстому*)
* Лев Николаевич Толстой – русский писатель, мыслитель, просветитель, почётный академик Петербургской академии наук.Какие из перечисленных утверждений являются ошибочными? Укажите номера ответов.
1) В предложениях 1 – 3 представлено рассуждение.
2) Предложение 8 содержит элементы описания.
3) В предложениях 12 – 14 представлено повествование.
4) Предложение 25 называет причину того, о чём говорится в предложении 24.
5) В предложениях 32, 33 представлено повествование.Источник: ФИПИ, открытый банк, код E446D7.
-
(1)С детства, со школьной скамьи человек привыкает к сочетанию слов «любовь к родине». (2)Осознаёт он эту любовь гораздо позже, а разобраться в сложном чувстве любви к родине, то есть что именно и за что он любит, дано уже в зрелом возрасте.
(3)Чувство это действительно сложное. (4)Тут и родная культура, и родная история, всё прошлое и всё будущее народа, всё, что народ успел совершить на протяжении своей истории и что ему совершить ещё предстоит. (5)На одном из первых мест в сложном чувстве любви к родине находится любовь к родной природе.
(6)Для человека, родившегося в горах, ничего не может быть милее скал и горных потоков, белоснежных вершин и крутых склонов. (7)Казалось бы, что любить в тундре? (8)Однообразная заболоченная земля с бесчисленными стёклышками озёр, поросшая лишайниками, однако ненец-оленевод не променяет свою тундру ни на какие там южные красоты. (9)Одним словом, кому мила степь, кому ‒ горы, кому ‒ морское, пропахшее рыбой побережье, а кому ‒ родная среднерусская природа, тихие красавицы реки с жёлтыми кувшинками и белыми лилиями, доброе, тихое солнышко маленького города... (10)И чтобы жаворонок пел над полем ржи, и чтобы скворечник – на берёзе перед крыльцом.
(11)Было бы бессмысленно перечислять все приметы русской природы. (12)Но из тысяч примет и признаков складывается то общее, что мы зовём нашей родной природой и что мы, любя, быть может, и море, и горы, любим всё же сильнее, чем что-либо иное на всём белом свете.
(13)Всё это так. (14)Но нужно сказать, что это чувство любви к родной природе в нас не стихийно, оно не только возникло само собой, поскольку мы родились и выросли среди природы, но и воспитано в нас литературой, живописью, музыкой, теми великими учителями нашими, которые жили прежде нас, тоже любили родную землю и передали свою любовь нам, потомкам. (15)Разве не помним мы с детства наизусть лучшие строки о природе Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Алексея Толстого, Тютчева, Фета? (16)Разве оставляют нас равнодушными, разве не учат ничему описания природы у Тургенева, Аксакова, Льва Толстого, Пришвина, Леонова, Паустовского?.. (17)А живопись? (18)Шишкин и Левитан, Поленов и Саврасов, Нестеров и Пластов ‒ разве они не учили и не учат нас любить родную природу?
(19)В ряду этих славных учителей занимает достойное место имя замечательного русского писателя Ивана Сергеевича Соколова-Микитова. (20)Иван Сергеевич прожил долгую и богатую жизнь. (21)Он был моряком, путешественником, охотником, этнографом. (22)Но, главное, он был талантливым и ярким писателем. (23)Последние двадцать лет жизни Соколова-Микитова были связаны с Карачаровом на Волге, где у Ивана Сергеевича в ста шагах от воды, на краю леса был простой бревенчатый домик. (24)Широкая гладь воды, перелески и деревеньки на том берегу, обилие цветов, лесных птиц, грибов ‒ всё это ещё больше сближало писателя с родной природой. (25)Из охотника, как это часто бывает с людьми под старость, он превратился во внимательного наблюдателя, и не только потому, что, скажем, ослабло зрение или рука, но и потому, что проснулось в душе бережное, любовное, воистину сыновнее отношение к русской природе. (26)В эти годы Иван Сергеевич пишет лучшие свои страницы о родной русской природе, о деревьях и птицах, о цветах и зверях.
(27)Добрый и мудрый человек учит нас тому, что природа есть наше не только материальное, но и духовное богатство, знание природы и любовь к ней воспитывают чувство патриотизма, чувство человечности, доброты, развивают чувство прекрасного. (28)Поколения русских людей будут учиться этому у Ивана Сергеевича Соколова-Микитова, как они учатся у Тургенева и Аксакова, у Некрасова и Пришвина, у Паустовского и Леонова.
(По В.А. Солоухину*)
* Владимир Алексеевич Солоухин ‒ русский советский писатель и поэт, яркий представитель «деревенской прозы».Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) Предложения 4, 5 поясняют, раскрывают содержание предложения 3.
2) В предложениях 6 – 8 содержатся рассуждение и описание.
3) Предложения 11, 12 содержат повествование.
4) В предложении 25 представлено описание.
5) В предложениях 27, 28 представлено рассуждение.Источник: ФИПИ, открытый банк, код E44F7F.
-
(1)Когда я начал учиться в гимназии, мне было лет одиннадцать. (2)Всего одиннадцать лет отделяли меня от моего несуществования в мире, а я уже был в форменной фуражке, в тужурке, перехваченной кожаным поясом с металлической бляхой посередине живота. (3)Уже я стоял перед географической картой двух полушарий, смотрел на лиловые многоугольники колоний, на раковину Мадагаскара, читал и понимал слово «Великобритания». (4)Уже я писал готические немецкие буквы, уже думал о героях истории, которые были до меня – до моих одиннадцати лет…
(5)Как я воспринимал то обстоятельство, что я живу ещё немного, начал жить ещё очень недавно? (6)Я этого обстоятельства вообще не воспринимал. (7)Скорее, другие мне говорили, что я маленький. (8)Сам я, повторяю, этого не чувствовал, об этом не размышлял. (9)Я не думал о том, что можно быть каким-нибудь другим, кроме того, кем я был. (10)Если мне хотелось быть взрослым, то я думал не о физических изменениях, а только о тех возможностях, которые даны взрослому: не готовить уроки, есть сколько хочешь пирожных. (11)Я был человек, просто человек, не зная о себе, что я маленький, что только недавно явился в мир, что расту, узнаю, постигаю и тому подобное. (12)Именно – я был просто человек…
(13)Я думал, что после окончания гимназии я куплю велосипед и совершу на нём поездку по Европе. (14)Первая мировая война ещё не начиналась, ещё всё было очень старинно: солдаты в чёрных мундирах с красными погонами, зверинец на Куликовом поле с одним львом, говорящая голова в зеркальном ящике в балагане. (15)Ещё бывала первая любовь, когда девочка смотрела на тебя с балкона, и ты думал, не уродлив ли ты. (16)Ещё отец девочки, моряк в парадном мундире, гремя палашом1, шёл тебе навстречу и отвечал тебе на поклон, отчего ты бежал во весь дух, сам не зная куда, обезумевший от счастья. (17)Ещё продавали из-за зелёного прилавка квас по две копейки за стакан, и ты возвращался после игры в футбол, неся в ушах звон мяча…
(18)Я не купил велосипеда и не совершил путешествия по Европе. (19)Горел Верден, Реймский собор, в котором в своё время венчалась с французским королём дочь Ярослава Мудрого. (20)Появились первые танки, и впервые аэропланы стали сбрасывать бомбы. (21)Однако в музеях по-прежнему висели необыкновенные картины, прекрасные, как деревья на закате. (22)Во сне я иногда вижу своё пребывание в Европе, которого никогда не было. (23)Чаще всего мне снится Краков в виде стены, идущей кверху вдоль дороги, старой стены, с которой свисают растения, стучащие по ней ветками и шелестящие цветами…
(24)Удивительная работа воспоминания. (25)Мы вспоминаем нечто по совершенно неизвестной нам причине. (26)Скажите себе: «Вот сейчас я вспомню что-нибудь из детства», закройте глаза и скажите это. (27)Вспомнится нечто совершенно непредвиденное вами. (28)Участие воли здесь исключено. (29)Картина зажигается, включённая какими-то инженерами позади вашего сознания.
(30)Какая чудесная вещь – свобода воспоминаний! (31)Какая прелесть в том, что они появляются, как им угодно, и никак мы не можем заставить себя вспомнить именно это, а не другое. (32)Разумеется, есть точная закономерность этого возникновения, но – дудки – мы её никогда не поймём.
(33)Так, вспоминаю я, как вышли мы в море на яхте «Увлечение». (34)Мы – это знаменитый одесский врач Егор Степанович Главче, его приёмный сын Андронька и я, маленький мальчик Юра. (35)Долго следовало бы описывать яхту: она плоская, вы почти не возвышаетесь над водой – длинная, узкая, летящая. (36)Нет, это настолько плохое описание, что оно сворачивается. (37)Воспоминания не последует, только опишем, как при нашем возвращении горела вдали огнями Одесса, покинутая нами утром, как, казалось, перебегают с места на место огни, исчезают, опять загораются, как дышит и ходит всё это поле огней…
(38)Нет, и это воспоминание, как видно, не получится! (39)Как тихонько под самыми пальцами, которые вы опускали в воду, рокотало и бежало атласное море, рокотало и бежало, тёмное, бежало навстречу нам низко-низко под бортом яхты, на расстоянии локтя – ещё одного локтя, потому что вы сидели облокотившись…
(40)Я ещё люблю вспоминать. (41)Я мало что знаю о жизни. (42)Но мне больше всего нравится, что в ней есть звери, большие и маленькие, что в ней есть звёзды, выпукло и сверкающе смотрящие на меня с ясного неба, что в ней есть деревья, прекрасные, как картины, и ещё многое и многое…
(По Ю.К. Олеше*)
* Юрий Карлович Олеша – русский советский писатель, поэт и драматург, журналист, киносценарист.
_____________________________________
1 Палаш – рубящее и колющее ручное оружие с длинным прямым клинком.Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) В предложениях 5, 6 представлено рассуждение.
2) В предложении 10 представлено повествование.
3) Предложения 16 и 17 противопоставлены по содержанию.
4) В предложениях 30 – 32 представлено рассуждение.
5) Предложение 35 содержит элементы описания.Источник: ФИПИ, открытый банк, код EBC1C9.
-
(1)Солдаты лежали за деревьями, в кустах, в высокой траве и слушали, напряжённо всматривались в ясный утренний воздух, лишь местами темневший от дыма и земной пыли.
(2)О, как хороша была в эти минуты земля! (3)Как благостны казались людям её тяжёлые складки, жёлтые пригорки, овражки, поросшие репейником и пыльными лопухами, лесные ямы. (4)Какой чудесный запах шёл от земли: лиственной прели, сухой пыли и влажной лесной сырости, запах мирного праха и грибов, сухих ягод и многократно превшего и вновь высыхавшего хвороста. (5)Ветер приносил с поля тёплый и печальный запах вянущих цветов и сохнущих трав; в полутьме леса, внезапно пронзаемой солнечным светом, вдруг пыльной радугой вспыхивала увлажнённая росой паутина, словно веяло своим дыханием чудо спокойствия и мира.
(6)Вот лежит, уткнувшись лицом в землю, Родимцев. (7)Спит он, что ли? (8)Нет, его глаза внимательно смотрят в землю, на стоящий подле куст шиповника. (9)Он шумно дышит, втягивает в себя запах земли. (10)Он смотрит с интересом, жадно и почтительно на дела, происходящие вокруг него: муравьи колонной идут неясным для человеческого глаза трактом, волокут сухие травинки, палочки. (11)«Может быть, у них тоже война, – думает Родимцев, – вот и ползут колонны мобилизованных на строительство рвов и укреплений. (12)Или это хозяин ставит себе новый дом, и тянутся плотники, штукатуры на работу…»
(13)Огромен мир, который видят его глаза, чует ухо, втягивают с воздухом ноздри. (14)Аршин земли на опушке леса, куст шиповника. (15)Как велик этот аршин земли! (16)Как богат этот отцветший куст! (17)По сухой земле молнией прошла трещина, муравьи проходят по мосту, в строгом порядке один за другим, а по ту сторону трещины терпеливо выжидают встречные. (18)Божья коровка, толстая, в красном сарафане, мечется, ищет перехода. (19)Ох ты! (20)Полевая мышь блеснула глазом, привстала на задние лапки и прошуршала среди травы, словно и не было её здесь. (21)Подул ветер, и трава гнётся, пригибается, каждая по-своему: одна покорно, быстро ложится к земле, другая упрямо, сердито дрожит, топорщится своим бедным тощим колосом – воробьиным житом. (22)А на кусте шевелятся ягоды шиповника – жёлтые, красноватые, закалённые солнцем, словно глина огнём. (23)Давно уже, видно, брошенная хозяином паутина мотается на ветру, в ней запутались сухие листья, кусочки коры, в одном месте она обвисает под тяжестью свалившегося в неё жёлудя. (24)Она похожа на невод, выброшенный на берег после гибели рыбака.
(25)Игнатьев задумчиво говорит товарищу:
– Слышал я, как-то два лейтенанта-зенитчика между собой говорили. (26)Вот, говорят, война идёт, а кругом сады, птицы поют, им вроде и дела нет до наших дел. (27)Вот я всё думаю: это неправильно, не увидели лейтенанты сути. (28)Война эта всей жизни коснулась. (29)Ты возьми лошадей – чего только не терпят! (30)Или, помню, стояли мы в Рогачёве: там все собаки по тревоге в погреба лезли, суку одну я приметил – собачат в щель прятала, а как налёт кончится – обратно гулять выводила. (31)Ну, а птица – гуси, куры, индюшки, – разве они от немца не терпят? (32)И тут, кругом, в лесу, я примечаю, птицы пугаться стали – чуть самолёт летит, тучей поднимаются, галдят, шумят, мечутся. (33)Сколько леса пропало! (34)Сколько садов! (35)Или вот я сейчас подумал: идёт бой на поле, мы тут залегли, под тысячу человек, – всех этих муравьёв да комарей кувырком вся жизнь пошла.
(36)А если немец газ пустит, а мы ему в ответ – тут же по всем лесам да полям жизнь перевернётся: и до мышей, и до ежей, до всех война доберётся, начнёт козявка да птица задыхаться, куда ей деться?
(37)Он приподнялся и, глядя на товарищей, сказал с весёлой печалью:
– Ох, и хорошо, ребята! (38)Ведь только в такой день и поймёшь: вот, кажется, тысячу лет бы так пролежал – и не наскучило бы.
(По В.С. Гроссману*)
* Василий Семёнович Гроссман – советский писатель, журналист, военный корреспондент.Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) Предложения 4 и 5 содержат описание.
2) В предложении 8 содержится ответ на вопрос, поставленный в предложении 7.
3) Предложения 17 – 24 противопоставлены по содержанию предложениям 14 – 16.
4) В предложениях 27 – 29 представлено повествование.
5) В предложении 38 представлено рассуждение.Источник: ФИПИ, открытый банк, код F1F665.
-
(1)«Мы никогда не задумываемся, какое великое изобретение – часы! (2)По ним можно просыпаться, делать зарядку, ждать событий, ложиться спать, читать, принимать пищу и ещё много-много всего замерять. (3)Теперь каждый раз заглядываю на маленький экран будильничка, который бережно храню на столе около кровати. (4)Вечером смотрела время, когда закончила читать, – 10:54; ночью, когда внезапно проснулась, – 2:53; утром, когда вставать, – 7:54; когда начала – 8:10 – и закончила – 8:59 – зарядку; когда пришла из душа – 9:18; и после завтрака – 11:04. (5)Каждый раз с нежностью думаю о своём хранителе времени», – эту запись я сделала в своём дневнике 4 августа 2018 года, когда в моей жизни снова появились часы.
(6)Цифровые часы были на экранчике маленького, меньше ладошки, радиоприёмника с прозрачным пластиковым корпусом, так были видны все внутренние органы моего радио: зелёные микросхемы, микроболтики, шурупы и соединяющие их провода. (7)В комплекте с этим чудом мастеров шли наушники с длинным тонюсеньким проводом.
(8)С помощью моего сокровища можно было с трудом поймать несколько местных радиостанций и через шум расслышать магические звуки музыки. (9)Я нашла радиостанцию с классической музыкой, и она стала моим настоящим спасением от давящего одиночества и нападавшего временами уныния, навеваемого беспросветным бесконечным серым дождём и ещё более печальным моим положением. (10)Слушая музыку, я не хотела погружаться в мечты: будущее было слишком туманно, чтобы мечтать, его
у меня забрали. (11)А вот прошлое, мои воспоминания – это совсем другое дело: их у меня забрать не мог никто. (12)Так я стала вспоминать яркие
и радостные картины из своего детства.
(13)Вот под звуки серенады Шуберта исчезло настоящее, и я под покровом ночи тихо прокрадываюсь в бабушкину кладовку, или, как мы её называли, тёмную комнату, полную зимних фуфаек, валенок, бархатных халатов, подушек и одеял, где стоит большой сундук, а в нём – дедушкина форма старшины советского военно-морского флота – тёмно-синяя фланелевая рубаха, чёрные брюки и ремень с латунной золотистого цвета пряжкой с пятиконечной звездой и морским якорем. (14)Я аккуратно касаюсь поверхности пряжки и будто слышу гул волн Охотского моря у берегов острова Сахалин. (15)Я откладываю ремень в сторону, за ним – аккуратно сложенную форму, и вот под ней – желанное сокровище и цель моих поисков – большой чёрный бинокль в кожаном чехле на серебристой кнопке, идеально повторяющем форму предмета. (16)Я забираю находку и так же тихо на цыпочках, стараясь обойти скрипучие половицы, крадусь в ночной огород. (17)Вот позади крыльцо. (18)Аккуратно, чтобы не споткнуться в темноте,
я иду по узенькой асфальтированной дорожке мимо огромной раскидистой калины и в конце концов останавливаюсь в середине сада, достаю бинокль, навожу его на ночное небо, настраиваю резкость колёсиком, и вот моему взору предстаёт грустное лицо луны, испещрённое кратерами, а вокруг него миллионы звёзд-бриллиантов. (19)И я мечтаю, что однажды, как Юрий Гагарин, тоже полечу туда, далеко-далеко к звёздам… (20)«Эх, только бы мне хватило времени, чтобы осуществить мечту», – думала я.
(По М.В. Бутиной*)
* Мария Валерьевна Бутина (род. в 1988 г.) – российский политический
и общественный деятель.Какие из перечисленных утверждений являются ошибочными? Укажите номера ответов.
1) В предложении 4 представлено описание.
2) В предложениях 6, 7 представлено повествование.
3) В предложениях 10, 11 содержится рассуждение.
4) Предложения 14 и 15 противопоставлены по содержанию.
5) Предложения 13–20 раскрывают содержание предложения 12.Источник: ФИПИ, открытый банк, код F504AA.
-
(1)Дождь застиг Лосева на Кузнецком мосту. (2)Чтобы не мокнуть, Лосев зашёл на выставку. (3)До начала совещания оставалось часа полтора. (4)Не торопясь он ходил из зала в зал, отдыхал от московской суеты. (5)После мокрых весенне-холодных улиц, переполненных быстрыми столичными людьми, здесь было тихо, тепло.
(6)Он шёл вдоль стен, обтянутых серой мешковиной. (7)Грубая материя выглядела в данном случае весьма неплохо. (8)Что касается картин, развешанных на этой мешковине, у Лосева они не вызывали интереса. (9)Лично он любил живопись историческую, например, как Пётр Первый спасает солдат, или Иван Грозный убивает сына, или же про Степана Разина, также батальные сцены – переход Суворова через Альпы. (10)Нравились ему и портреты маршалов, полководцев, известных деятелей искусства. (11)Чтобы картина обогащала знаниями. (12)Здесь же висели изображения обыкновенных стариков, подростков, разложенных овощей и фруктов с разными предметами, рисунки на бумаге, множество мелких картин в простых крашеных рамах. (13)Лосев не мог представить себе, куда они все деваются после выставки, где находились до неё и вообще какой смысл создавать их для такого временного назначения. (14)Музеи – другое дело, в художественных музеях Лосев неоднократно бывал, на подобных же выставках не приходилось. (15)И сейчас он убеждался, что вряд ли от этого он что-либо потерял.
(16)Неожиданно что-то словно дёрнуло Лосева. (17)Как будто он на что-то наткнулся. (18)Но что это было – он не понял. (19)Кругом него было пусто. (20)Он пошёл было дальше, однако, сделав несколько шагов, вернулся, стал озираться и вновь почувствовал смутный призыв. (21)Исходило это от одной картины, чем-то она останавливала. (22)Осторожно, стараясь не утерять это чувство, Лосев подошёл к ней – перед ним был обыкновенный пейзаж с речкой, ивами и домом на берегу. (23)Название картины «У реки», написанное на латунной дощечке, ничего не говорило. (24)Лосев попробовал получше рассмотреть подробности дома и постройки. (25)Но вблизи, когда он наклонился к картине, пространство берега со всеми деталями стало распадаться на отдельные пятна, которые оказались выпуклыми мазками масляных красок со следами волосяной кисти.
(26)Лосев попятился назад, и тогда, с какого-то отдаления, пятна слились, соединились в плотность воды, в серебристую зелень, появились стены дома, облупленная штукатурка... (27)Чем дальше он отходил, тем проступали подробнее крыша, выложенная медными листами с ярко-зелёными окислами, труба, флюгер... (28)Проверяя себя, Лосев стал возвращаться к картине, пока не толкнул девицу, которая стояла с блокнотом в руках.
– (29)Картины не нюхать надо, а смотреть, – сказала она громко и сердито, не слушая его извинений.
– (30)Ну конечно, смотреть, вот я и засмотрелся, – простодушно сказал он. – (31)Я плохо разбираюсь, может, вы поясните.
– (32)Что именно? – сухо спросила девица.
– (33)Тут написано «У реки». (34)А что за река? (35)Как её название?
(36)Девица усмехнулась.
– (37)Разве это имеет значение?
– (38)Нет уж, вы позвольте, – поглядывая на картину и всё более беспокоясь, сказал Лосев. – (39)Очень даже имеет. (40)Мало ли рек. (41)Это же конкретно срисовано.
– (42)Так не говорят: срисовано, – поучительно пояснила она. – (43)Это был большой мастер, а не ученик. (44)Для него натура являлась средством, вернее, поводом обобщить образ, – тут она стала произносить ещё какие-то слова, каждое из которых было Лосеву известно, но, складываясь в фразу, они почему-то теряли всякую понятность.
– (45)Здо́рово вы разбираетесь. – (46)Лосев вздохнул, показывая восхищение. – (47)Всё же хорошо бы выяснить название. (48)Образ хоть и обобщённый, а местность-то можно ведь уточнить, как по-вашему?
– (49)Вряд ли...
(50)На картине, несомненно, был изображён старый дом семейства Кислых в его родном Лыкове: та же крыша, тот же флюгер, спуск к речке...
(51)Из глубины картины к нему слабо донёсся голос матери: «Серге-ей!»
(52)Счастье какое услышать снова певучий её голос.
(53)А под ивой за корягой жили налимы, их можно было нащупать там и толкнуть рукой.
(54)А на реке пахло брёвнами, дымком от шалашей плотогонов, пахло тиной и ряской, пахло осиной старое корыто, на котором они по очереди плавали по реке. (55)Запахи эти ожили, дохнули из глубины картины. (56)Запах горячих от солнца чугунных столбов, старого причала.
(57)К Лосеву вернулся тот огромный мальчишеский мир, шелестела листва, была жива ещё мать. (58)Он ощутил на голове её маленькую жёсткую руку.
(59)Было чудо, что художник поймал и заключил навечно в эту белую рамку его, Лосева, воспоминание – со всеми красками, запахами, теплотой.
(По Д.А. Гранину*)
* Даниил Александрович Гранин – советский и российский писатель, киносценарист, общественный деятель, участник Великой Отечественной войны, лауреат многих премий.Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) В предложениях 1, 2 представлено повествование.
2) Предложение 12 содержит элементы описания.
3) В предложении 26 представлено рассуждение.
4) Предложения 43, 44 указывают на следствие того, о чём говорится в предложении 42.
5) Предложение 51 противопоставлено по содержанию предложению 50.Источник: ФИПИ, открытый банк, код F6CC8D.
-
(1)В тридцать третьем году наше село придавило голодом. (2)Замолкли песни, заглохли свадьбы и гулянки, притихли собаки, не стало голубей. (3)Шумные ватаги ребятишек не сыпались на санках с горы, кони начали падать среди улиц. (4)Сразу захмурели и вроде бы состарились дома́. (5)Углы у них были, как челюсти у голодных людей, сухи и костлявы.
(6)Наша семья, ведомая бабушкой, изворотливой в хозяйстве, предприимчивой в делах, не раз голодавшей и бедовавшей за свою жизнь, мало-мало перебивалась. (7)Бабушка усохла. (8)Кость на ней выступила, характер её, крутой и шумный, заметно смягчился.
– (9)Ничего, ничего. (10)До весны дотянем, а там...
(11)Мы слушали бабушку и понимали, что с нею не пропадём, лишь бы не сдала она, не свалилась.
(12)Начали мы есть картофельные очистки. (13)Я ослабел скорее всех. (14)Ноги перестали меня слушаться, ходил я шатаясь, голова у меня кружилась. (15)Тягостно и угрюмо сделалось в нашем доме. (16)Стойко державшаяся бабушка хоть и наставляла нас: носи платье ‒ не складывай, терпи горе ‒ не сказывай, но сама всё чаще и чаще смахивала с лица слёзы, тревожный её, иссушённый взгляд всё дольше задерживался на мне.
(17)С деньгами, заработанными ослабевшим от голода дедушкой, бабушка отправилась в город. (18)Возвратилась она вечером и принесла серый, в банный таз величиною, каравай.
– (19)Отрежь скорее парнишке кусочек, – слабо сказала бабушка
деду. – (20)Замер вовсе парнишка. (21)И себе отрежь.
(22)Дед вынул каравай, взвесил его на руке и оглядел. (23)Заросшее
и без того хмурое его лицо запасмурнело совсем.
– (24)Обманули тебя на базаре, – глухо вымолвил дед.
(25)Каравай оказался с начинкой. (26)Он только сверху каравай,
в середину же запечена солома. (27)Бабушка проклинала себя, голосила
и причитала. (28)По мере того как она выговаривалась, легче становилось
у меня на душе и дома не так уж страшно. (29)Сейчас бабушка поголосит, облегчится и чего-нибудь сообразит.
(30)И в самом деле, скоро она позвала меня.
– (31)Ешь корочку-то. (32)Корочка у каравая хлебна. (33)Солому выковыривай и ешь. (34)Им отольются наши слёзы. (35)А гляди-ко, чего
я принесла-а-а! – пропела бабушка, полезла за пазуху и вынула чёрненький мохнатый комочек. (36)Он сразу запищал, начал тыкаться носом
в бабушкину ладонь.
(37)Через силу улыбнувшись, бабушка с непривычной, какой-то детской беспомощностью поглядела на меня, на деда. (38)И было в этом взгляде: «(39)Ну, дура я, старая дура! (40)Можете судить меня, казнить, мне уж всё едино. (41)Только хотела я как лучше...» (42)Никто её судить
и казнить не собирался.
– (43)Где ты это такое чудо нашла? – мирно сказал дедушка.
– (44)Иду я у домов отдыха, – рассказывала бабушка уже привычным, напевным голосом, – а он, горюшко, копошится в снегу, еле уж слышно скулит. (45)Выбросили его на мороз – околевать. (46)До собак ли? (47)Остановилась это я, смотрю на горюна и плачу... (48)Сейчас я, сейчас. (49)Из коровёнки вытяну молочка. (50)Я скоро.
(51)Она поспешила во двор, мы с дедом стали выдёргивать из каравая корочку. (52)Самую большую, выпуклую, будто крышка черепа, корку мы отложили бабушке. (53)Вскоре она вернулась, принесла молока и первым делом плеснула щенку. (54)Затем вынула чугунок из печи, налила всем кипятку и забелила его молоком. (55)Мы макали корки в чай. (56)Ел дедушка, ела бабушка, ел я, ел лохматый щенок.
– (57)Жить хочет! – сказала бабушка, глядя на щенка, и тут вздохнула: – (58)Каждой твари жить надобно. (59)Ничего, ничего, крута гора, да забывчива, лиха беда, но избывчива. (60)Выкарабкаемся. (61)Коровёнка скоро отелится. (62)Нам бы до весны, до травочки дотянуть...
(По В.П. Астафьеву*)
* Виктор Петрович Астафьев (1924–2001) – выдающийся советский
и российский писатель, лауреат Государственных премий, автор произведений о русской деревне и Великой Отечественной войне.Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) Предложения 2 � 5 поясняют предложение 1.
2) Предложения 17, 18 содержат повествование.
3) Предложение 47 содержит ответ на вопрос, поставленный в предложении 46.
4) Предложения 53, 54 содержат описание.
5) Предложения 57‒62 содержат рассуждение.Источник: ФИПИ, открытый банк, код F8BFF9.
-
(1)Многие ребята спрашивают: откуда вообще появились разные правила поведения? (2)Никто этих правил из головы не выдумывал. (3)Они создавались в народе постепенно и возникали отнюдь не случайно.
(4)Сейчас, например, даже в артелях лесорубов не приходится есть из общего котла, да ещё помнить, чтобы не съесть больше соседа. (5)Так что поговорка «Раньше батьки с ложкой не суйся» нынешним ребятам, пожалуй,
и непонятна. (6)Возникла эта поговорка в давние времена, когда в крестьянских семьях все ели щи из одной миски. (7)Щи обычно бывали «пустые», без мяса, но в праздники в них иной раз были накрошены кусочки говядины. (8)И в этих случаях полагалось сначала всем обедающим хлебать одну жижу и лишь после того, как отец первым зачерпнёт со дна мясо, разрешалось «таскать» кусочки и остальным.
(9)И сейчас существуют правила, каких не знали в старину. (10)Например, скажем, что невежливо стоять у дверей вагона, если
не собираешься выходить на следующей остановке.
(11)Но каких правил поведения ни коснись, в главном они всегда об одном: уважай окружающих, считайся с ними. (12)Ведь строго соблюдая правила поведения, ты будешь хорошим товарищем всем, кто общается
с тобой в семье, в школе, на отдыхе.
(13)Сколько раз ты, наверное, слышал: «Сними шапку, если в комнату вошёл!»
– (14)А зачем её снимать, шапку? – думал ты с досадой. – (15)И откуда взялось такое правило?..
(16)Ты, конечно, очень удивился бы, встретив на улице человека, одетого в костюм из… листового железа: шапка железная, куртка железная, брюки железные, сапоги железные и даже рукавицы железные. (17)Речь идёт
о рыцарских латах, которые теперь можно увидеть только в музее.
(18)Но тысячу лет назад такие доспехи надевали не только готовясь к бою, но и собираясь в любую поездку. (19)Потому что путешествовать в те времена было намного опаснее, чем теперь. (20)По дорогам скитались в поисках добычи бродяги, в лесах укрывались шайки разбойников. (21)Да и при любом споре того и гляди получишь удар копьём или мечом.
(22)Люди постоянно ходили вооружёнными, а уезжая из дому в дальний путь, надевали на себя кольчугу, тяжёлые латы, голову прятали под железный шлем.
(23)Но вот на пути дом, где живёт добрый человек. (24)И переступая порог этого дома, странствующий рыцарь обязательно снимает свой шлем
и несёт его в руке. (25)«Я тебя не опасаюсь, – говорит он этим жестом хозяину, – видишь, моя голова открыта. (26)Я тебе доверяю. (27)Ты хороший человек, не грабитель и не предатель, удар исподтишка не нанесёшь».
(28)Эти времена давно прошли. (29)Но обычай – входя в комнату, снимать шапку – остался. (30)Остался потому, что это хороший обычай. (31)Снимая шапку, ты показываешь хозяевам, что уважаешь дом, в который вошёл, уважаешь живущих в нём людей, веришь в их порядочность, в хорошее отношение к тебе. (32)И это им, конечно, приятно.
(33)С тех же давних времён идёт обычай: здороваясь, снимать перчатку
с правой руки. (34)Сняв рукавицу, человек показывал встречному, что в его ладони не спрятано оружие. (35)Кроме того, в железной рыцарской рукавице
не так-то легко было пожать протянутую руку.
(36)А сейчас ты снимаешь варежку из внимания к товарищу? (37)Ведь ты надел её для того, чтобы предохранить пальцы и ладонь от холода. (38)Зачем же заставлять приятеля её касаться? (39)Лучше дай ему пожать твою тёплую дружескую руку.
(40)Главное, что отличает человека высокой культуры, – уважение
к окружающим, внимание к каждому, кто рядом с тобой, внутреннее благородство в любом, даже самом незначительном поступке.
(По А.А. Дорохову*)
* Алексей Алексеевич Дорохов – русский советский писатель, журналист, критик, автор научно-популярных книг.Какие из перечисленных утверждений
являются верными? Укажите номера ответов.1) Предложение 5 указывает на следствие того, о чём говорится в предложении 4.
2) В предложениях 7, 8 показано внутреннее состояние персонажа.
3) В предложениях 11, 12 представлено повествование.
4) Предложения 20, 21 поясняют, раскрывают смысл предложения 19.
5) В предложении 40 представлено рассуждение.Источник: ФИПИ, открытый банк, код FEE245.
Готовите ученика к экзамену?
TutRoom — кабинет репетитора: расписание занятий, ученики, оплаты и онлайн-доска в одном месте. Тариф Free бесплатный.
Проверено . Источники: ФИПИ — открытый банк заданий ЕГЭ · ФИПИ — спецификации и демоверсии ЕГЭ. Официальные решения публикуют Рособрнадзор, ФИПИ и Минпросвещения — при расхождении верны они.